Умершие желают нам только счастья, подумал я. О, Господи!

Ветер завывал в электрических проводах. Я посмотрел на темную Аллею Квакеров, окаймленную рядами вязов, шумящих на ветру, и начал длинное и трудное восхождение на холм.

7

Проходя по Аллее Квакеров, я почувствовал соблазн заскочить к Джорджу Маркхему и поиграть в карты с ним и со старым Кейтом Ридом. После смерти Джейн я забросил своих соседей, но если я собираюсь и дальше здесь жить, то, ничего не поделаешь, нужно посещать их чаще.

Но уже подходя к изгороди перед домом Джорджа, я знал, что просто-напросто ищу предлог. Визит к Джорджу был лишь предлогом оттянуть возвращение домой, к тем неизвестным ужасам, которые меня там ожидали. Визит к Джорджу был бы просто трусостью. Я не позволю шепотам и удивительным звукам выгнать меня из собственного дома.

И все же я колебался, заглядывая в окно гостиной Джорджа. Я видел спину Кейта Рида, раздающего карты, и освещенный лампой стол, бутылки пива и клубы голубоватого дыма от сигары Джорджа. Я поднял повыше сумки с покупками, набрал побольше воздуха в легкие и двинулся дальше по аллее.

Когда я добрался до места, дом был погружен в абсолютную темноту, хотя я хорошо помнил, что оставил зажженный свет над главным входом. Вьюнок, покрывающий стены, вился как волосы на порывистом ветру, а два прикрытых ставнями окна на втором этаже походили на глаза, прикрытые веками. Дом не хотел выдавать своих тайн. Издали доносилась неустанное угрожающее ворчание североатлантического прилива.

Я поставил сумки во дворе, вынул ключи и открыл главные двери. Внутри было тепло и тихо. В гостиной на стенах танцевали отблески огня в камине. Я внес покупки и запер двери. Может, дом вообще не был одержимым? Может, просто прошлой ночью скрип качелей растревожил меня и вызвал легкий приступ истерии?