Охранника нашли в сторожке. Тот спал, обнимая две бутылки из-под жужки.

— Сам вырубился. — Якуб забрал у него связку ключей. — Смышленый пациент. Ну, за дело.

— Это абсолютно неправильно, — буркнул бизнесмен и двинулся за ним.

Вскоре они взломали двери хранилища. На больших деревянных полках стояли десятки картонных коробок. Якуб равнодушно шел мимо. Остановился он только в конце помещения, где стоял стеллаж с картинами. Он снял с полки бронзовую пластину средних размеров. Середина пластины была покрыта серебром и отполирована.

— Оно у нас, — на лице экзорциста вспыхнула радость.

— Зеркало стилизованное, имитирует магическое зерцало магистра Твардовского, — прочел Павел на этикетке.

— Понесешь — Якуб сгрузил ему пластину, а сам принялся запирать замки Вскоре они подбросили ключи сторожу и через канализацию покинули гостеприимный музей.

— Но зачем это все? — простонал бизнесмен, согнувшись до земли под тяжестью зеркала.

— Но ты же хочешь динозавров?

Землянка, в которой Якуб установил самогонный аппарат, выглядела немного странно. Странность была в том, что на одной из стен висела тяжелая бронзовая пластина. Покрытую серебром середину Якуб отполировал советским алмазным порошком, чтобы сияла как зеркало. Экзорцист зажег двенадцать свечей.

Скорлиньский, одетый в латы, выглядел немного странно. Под забрало сунул старую монету в двадцать злотых с изображением Новотки. Запах керосина и начищенной кожи волнами разносился вокруг. Тяжеленный меч он забросил на плечо. Якуб Вендрович, одетый в синтетический костюм, покроя пятидесятых годов, тоже смотрелся странновато.

— Uhr hakau seczech — прошептал он. — Ommne idi soten…

Размытые силуэты на металле… Отражения свечей все бледнели, пока не наступила темнота. Неожиданно бизнесмену стало немного легче. Якуб щелкнул зажигалкой.