— Миша, придержи рыжего пиндоса, чтобы не дёргался. Сейчас будем проводить воспитательно-разъяснительную работу среди оккупантов.

— Не бойся, специалист Эд Мастерс из Сиэтла — Повернулся я с той же тёплой улыбкой что и полчаса назад к американцу — Я своё слово сдержу и буду держать его впредь. Теперь всякий раз, как мне случится взять в плен больше одного врага, ровно одного из вас я буду отпускать, чтобы рассказали своим начальникам и друзьям о том, что видели.

Отпустив подвывающего от боли пленника, я подошёл к оторопевшему специалисту и указал стволом пистолета на лежащего ничком танкиста. В лазах недавнего собеседника плескались целые озёра животного страха, теперь он не верил ни одному моему слову. Но на это и был расчёт.

— Твой соотечественник пришёл на мою землю убивать, как и ты. Вам мало оказалось своей страны, и вы решили попробовать захватить чужую. Не осуждаю вашего решения, все тут взрослые люди. Но вот как быть с теми детьми и стариками, которых твои люди потравили газом как тараканов? Как быть с сожжёнными заживо жителями того города, что был за этим лесом и городами далее по дороге? Вы решили, что им нет места на земле, приняли на себя такую ответственность. Теперь я, и сотни людей таких как я, заставят вас заплатить за такое решение. Не всех ещё купили и не всем запудрили мозги, расскажи об этом своим друзьям и командирам. Отныне я не дам вам покоя и буду убивать, где бы не встретил. Отдельно скажи наёмникам, что их я в плен брать не буду, раз записались сеять смерть за деньги, облегчать им их работу я не буду. Теперь каждый цент жалования придётся отработать по полной. Придётся повоевать, раз пришли вы сюда за этим.