Перед моими глазами маячила только парчовая скала. Я следил глазами за золотистыми прожилками, стараясь расшифровать неизвестные знаки, обнаружить в рисунке какой-то смысл.

То я убеждал себя, что это случайные изгибы, то вздрагивал, воображая, что вижу какие-то неясные обо значения. Не знаю, сколько раз обогнул я таким образом скалу, пока, разочарованный, не сел на полупрозрачно" кольцо, рядом с которым загадочно возвышалась скала.

Сосредоточив внимание на этом странном явлении, я задал себе вопрос: может ли природный кристалл бьгь таким большим и иметь поверхность гладкую, как матовое зеркало? Упорно вглядываясь в его мутные глубины я стал как будто различать в них какие-то темные формь и уже не мог понять, где кончается игра воображения и начинается реальность.

- Нет, так не пойдет! - вскрикнул я, вскочив на ноги. Звезды освещали груды белых, черных и красных камней. И снова с необычайной остротой я ощутил свое одиночество.

- Я сюда еще вернусь, - быстро и очень громко сказал я вслух, радуясь, что слышу человеческий голос, пусть даже свой собственный. - А сначала обследую астероид, выясню, на что здесь нужно обратить особое внимание.

И растерянно улыбнулся, поняв, что поступаю, как ребенок, который, чтобы подбодрить себя, разговаривает сам с собой в темном помещении. Пожав плечами, я отправился знакомиться с астероидом, решив пока ограничиться общим осмотром, наладить первую связь с миниатюрным миром. И я стал перепрыгивать с камня на камень.

Только сейчас я заметил, что здешний рельеф нельзя назвать гористым. Не было видно даже холмов. Повсюду вокруг в беспорядке громоздились камни, как чудовища в предсмертных судорогах, пораженные молнией. Легко, будто мои кости были заполнены воздухом, прыгал я с камня на камень. Это ощущение свободного парения, почти полета, пьянило меня, я наслаждался фантастическими прыжками.