Рядом с Марой шевельнулся, словно собираясь что-то сказать, Данкин. Мара стрельнула в его сторону взглядом, и Данкин сник.

– Ну что ж, великолепно, – тихо пробормотал здоровяк. – Ты и твои люди – настоящая команда. Да, у вас получится…

Он глубоко вздохнул.

– Сначала некоторая вводная информация. Мое имя Джа Бардрин. Возможно, вы его слышали.

Мара умудрилась сохранить невозмутимое выражение лица, хотя внутри нее все вздрогнуло от удивления. И это же чувство испытали ее спутники. Конечно, все они слышали об этом известном промышленнике – да добрая половина сектора слышала. Разумных причин играть в ложную скромность, столь льстящую порой сильным мира сего и их самомнению, поблизости не наблюдалось.

– Думаю, я замечала ваше имя раз или два в пояснительных сносках, – спокойно заметила она, – разделов, посвященных оружию и судовым системам, если не ошибаюсь. Обычно такие контакты не попадаются на рынке, контролируемом "Уоти".

Она испытала пусть небольшое, но все же удовлетворение, наблюдая за вспышкой его раздражения, последовавшей в ответ на замечание. Группа Бардрина и корпорация "Уоти" всеми правдами и неправдами боролись за позиции на рынке, отвоевывая их друг у друга в течение более чем двух десятилетий, и жесткая конкуренция не давала поводов ожидать скорого решения вопроса. К большому сожалению Мары, вспышка гнева Бардрина была краткой и прошла слишком быстро, чтобы можно было воспользоваться потерей самообладания с его стороны и осторожно вытянуть какие-либо дополнительные сведения. И поэтому она продолжила:

– Но достаточно об этом. Вынуждена повториться: что вы от нас хотите?

Бардрин устремил на Мару прямой взгляд.

– Моя дочь Сансия была захвачена. Я хочу, чтобы вы ее освободили.