Конечно, такое поведение трудно назвать нормальным. Однако у меня не было оснований сомневаться в компетенции автора первого заключения. Далеко не всякое отклонение от психической нормы есть невменяемость. Весьма вероятно, что Норман действовал в состоянии нервного срыва, но не помешательства. Я даже мог примерно представить развитие событий: благополучный офицер, блестящий специалист, привыкший к собственным успехам, превышает служебные полномочия. Уж наверное не ради шпионажа в пользу кхрак'ков (я вообще ни разу не слышал о таких случаях, уже хотя бы потому, что прямые контакты с ними крайне трудноосуществимы). Скорее, им двигали благие побуждения, ему просто не хотелось терять время на утрясание бюрократических формальностей с оформлением допуска; он решил, что «сойдет и так» и что победителей не судят. Когда же вышло иначе, полковник почувствовал себя оскорбленным до глубины души и в гневе наломал дров, а потом запутывался все больше и больше. Трудно понять, правда, почему он избрал своей жертвой Голдмана — если он хотел взять заложника, мог найти и более общественно значимую фигуру. Хотя, с другой стороны, система безопасности в доме академика была крайне примитивной, что делало его легкой добычей. Голдман, очевидно, не предполагал, что такой безобидный человек, как он, может подвергнуться нападению… А вот цель визита к Грюнбергу вполне очевидна: Норман не мог не понимать, что механические приспособления для маскировки, которыми он пользовался, ненадежны и что лишь коррекция на генном уровне поможет ему реально изменить биометрику и уйти от преследования. Генетика сделала немалые успехи в последнее время, и, пожалуй, теоретически такое возможно…

Флаер сбрасывал скорость и снижался.