
Грузовой лифт пошел вниз, унося флаер с продуваемой ледяными ветрами высокогорья крыши в теплое ангарное помещение. Еще несколько секунд ушло на нормализацию давления, затем зеленая лампочка показала, что можно выходить. Двое охранников в блестящих жаропрочных доспехах и шлемах встретили меня и проводили в комнату, где уже дожидался осужденный. Внутри охраны не было — никто не должен мешать общению врача с пациентом — и казалось, что в кресле сидит свободный человек, хотя, конечно, сторожевой имплант караулил каждое его движение, готовый в любой миг послать по нервам парализующий импульс.
— Здравствуйте, полковник, — я поставил чемоданчик на стол и принялся извлекать свое оборудование. — Вам рассказали, кто я и зачем я здесь?
— Да, доктор, — ответил он бесцветным голосом, — вы думаете, что я псих.
— Напротив, — профессионально улыбнулся я. — Я думаю, что вы — нормальный человек, попавший в тяжелую ситуацию, — то же самое, впрочем, я нередко говорю и явным сумасшедшим; психиатрия не та область, где честность есть лучшая политика. — Если не возражаете, мы с вами немного побеседуем, и вы расскажете мне, что с вами случилось.
