— Пусть лежит здесь, — сказала она. — Я не собираюсь ломать спину, перетаскивая его в нашу постель. Кроме того, я не смогла бы спать, он так храпит и так отвратительно воняет…
Утром она наверное будет напугана тем, что натворила. Но странное дело, Маша чувствовала огромное облегчение. Она наконец совершила то, что уже собиралась сделать много лет, и ее поступок несколько заглушил досаду — во всяком случае на некоторое время.
Маша отправилась в другую комнату и раздеваясь, размышляла насколько бы была лучше жизнь, если бы она могла уйти от Эвроена.
Засыпая, она подумала, что за жизнь бы настала, если бы она заполучила драгоценный камень, который Бенна скормил крысе.
5
Маша проснулась приблизительно через час после рассвета, — очень позднее время для нее — и услышала запах свежевыпеченного хлеба. Сделав свои дела в горшок возле кровати, она поднялась и откинула в сторону занавес. Удивляло отсутствие шума в другой комнате. Эвроена не было. Детей тоже. Валлу, услышав звон маленьких колокольчиков на занавесе, повернулась.
— Я отослала девочек поиграть, — сказала она. — Эвроен проснулся на рассвете. Сделал вид, что не помнит о ночных событиях, но похоже он все отлично помнит. Он постоянно постанывал — видимо болит голова. Позавтракал и быстро ушел.
Валлу рассмеялась:
— Похоже он боится тебя.
— Отлично! — сказала Маша. — Надеюсь, так будет и дальше.
Она присела, а Валлу, суетясь, положила перед ней полбуханки хлеба, круг козьего сыра и апельсин. Маша размышляла, помнит ли ее муж, сказанное матери про Бенну и драгоценный камень.
Оказывается, прекрасно помнил.
Когда она пошла на базар, надеясь найти кресло, в котором будут сидеть пациенты, с больными зубами, ее мгновенно окружили сотни мужчин и женщин. Все хотели узнать что-нибудь об изумруде.