Десять минут одиннадцатого. Двадцать пять градусов. Влажность - восемьдесят восемь процентов. Повсюду камеры, приникшие к стенам зданий, следящие за дверями, за мостовой, за транспортом. Поворачивающиеся камеры, не упускающие объект.

А я все катил и катил.

Пять лет я служил патрульным. Затем меня перевели в управление, где я стал одним из невидимок, контролирующих файловые системы и потоки информации. У меня неплохо получалось. Иногда мне это даже нравилось. Спокойная работа. Стоило потратить на нее тринадцать лет жизни. Закончил я как руководитель отдела из сорока гражданских служащих. По большей части это была инициативная группа реорганизованной полицейской информационной службы. Если подчиненные и придумали мне прозвище, то держали его при себе. Но, если честно, это была не совсем полицейская работа.

А между тем я получил диплом Заочного университета по прикладной психологии, писал речи и готовил проекты документов для помощника комиссара. Перед самым его уходом я попросил его об услуге, в которой он не мог мне отказать. Одним словом, меня перевели в отдел, занимающийся заложниками и вымогательством. Я успокаивал истеричных типов, грозивших прыгнуть с высоты. Отвлекал разговорами вооруженных громил, застигнутых на месте преступления группой быстрого реагирования. Вел разговоры с людьми, впавшими в буйство, с мужьями, приставляющими ножи к горлу своих жен, с отцами, грозящими убить себя и своих детей. С забаррикадировавшимися в домах. С безумцами, приводя их к повиновению. Успокаивал перепуганных. Выслушивал сетования на подлинные и мнимые горести. Выслушивал тех, кто грозил убить себя. Уговаривал. Снижал уровень стресса. Убеждал, что у каждого из них - уйма времени, чтобы разрешить свои проблемы. Напоминал, что спешить некуда. Повторял, что с любым из них будут достойно обращаться. Что с ними не случится ничего трагического. Позволял им небольшие победы после долгого промедления.