— Я понимаю, зачем это нужно тебе, — медленно сказал Певец. — Но я не понимаю, зачем это нужно мне.

— Подумай о своём отце. Во-первых, я сниму с него клятву, и он станет свободен. Дальше: если его дочь похитят, он не сможет усидеть на месте. Сейчас он превратился в мужика, чья задница приросла к удобному стулу, который у них называется троном. Но дочь он любит и будет искать. Сначала, конечно, пошлёт на поиски кого-нибудь другого — он слишком обленился и закис. Но потом он поедет сам. А мужчину в дороге несёт ветер… и дорога может стать путём.

— А может и не стать, — вздохнул рыцарь. — Но ты права, это, по крайней мере, шанс… а для меня — интересное приключение. Хотя ведь его дочь — моя единокровная сестра… — вспомнил он.

— Тебя это беспокоит? — ведьма в упор посмотрела на рыцаря.

— Честно говоря, нет. Я же не собираюсь делать ей ребёнка. Я вообще не хочу обзаводиться постоянной подругой. Много славных мужей ушло с пути из-за любви, и твой рассказ — тому подтверждение.

— Просто побудь с ней, пока тебя это будет развлекать. Пусть она привыкнет, что все её проблемы решает мужчина. И когда ты её бросишь, она будет думать о мужчинах, а не о собственной силе… Ладно, это уже не твои заботы. Сейчас мне нужно, чтобы ты вытащил её из дворца и увёз. Сможешь влюбить её в себя? Если хочешь, наложу на тебя заклятье.

— Ну, это я умею, — рыцарь пошевелил пальцами, рассыпав малиновые искры. — Меня больше волнует, как подобраться к этому замку. Если это то же, что и у нас, то у него есть стены, а дворец хорошо укреплён. Я, конечно, могу ворваться силой… но тогда будет понятно, что она у меня есть. Если мой отец настолько жалок, как ты говоришь, он не будет преследовать сильного мужа, потому что для мужика это самоубийство. Значит, мне нужно притвориться безобидным… но чтобы меня пустили в замок, и чтобы девочка увидела меня хоть раз. Что ж… погоди. Вспомню молодость. Когда я только-только встал на путь, то ходил по селениям, пел песни и показывал фокусы. Помнится, меня везде хорошо принимали, во всяком случае поначалу… Кто там? — он с негодованием обернулся к двери, и та слетела с петель.