Атабаска, нынешний предводитель друидов, отличался редкой твердолобостью и никогда не испытывал к Бреману симпатии. В те времена, когда Бремана изгнали, он уже входил в состав Круга, хотя еще не был предводителем. Этого поста он добился позднее благодаря интригам и козням, которые так не любил Бреман. Но как бы там ни было, теперь он главенствовал, и начинать следовало с беседы с ним.

Каэрид Лок печально усмехнулся:

- Попроси о чем-нибудь попроще. Ты ведь знаешь, что Паранор и Великий Круг закрыты для тебя. Тебя запрещено пускать на порог, не говоря уж о встрече с предводителем друидов.

- И все же я смогу сделать это, если он распорядится, - возразил Бреман.

Эльф кивнул. Его глаза сузились.

- Понимаю. Ты хочешь, чтобы я попросил за тебя. Бреман утвердительно покачал головой. Доброжелательная улыбка исчезла с лица Каэрида.

- Он не любит тебя, - спокойно заметил он. - И за время твоего отсутствия ничего не изменилось.

- Ему и не надо меня любить, пусть только поговорит со мной. То, что я собираюсь сообщить ему, важнее личных симпатий и антипатий. Я буду краток и, как только он выслушает меня, снова уйду своей дорогой. - Он помолчал. Не думаю, что прошу слишком много, как ты считаешь?

Каэрид тряхнул головой.

- Ты прав. - Он взглянул на Кинсона. - Я сделаю все, что смогу.

Капитан снова скрылся внутри башни, оставив старика и жителя приграничья ожидать у крепостных ворот. С минуту Бреман мрачно смотрел на преградивших путь стражников, потом перевел взгляд на. солнце. Становилось жарко. Он взглянул на Кинсона и, отойдя в тень у стены, уселся на камень. Кинсон последовал за ним, но садиться не стал. В его темных глазах проглядывало беспокойство. Ему хотелось поскорее покончить с этим делом и уйти подальше отсюда. Бреман улыбнулся про себя. Как это похоже на его товарища, для которого уход - излюбленный способ решения всех проблем.