Я прекрасно видел, как напрягся его палец на спусковом крючке и, не раздумывая, молниеносно пульнул в него свой топорик. Он инстинктивно пригнулся, и рукоятка лишь слегка задела его за плечо.

В третий раз черный зрачок винтовки впился в меня. На этот раз Фрэнк целился в мою каску. Я в отчаянии подумал: "Оба мы в данный момент демонстрируем свою полную и органическую несостоятельность. Весь этот инцидент, сам факт прибытия индейца на Марс - разве это не наглядное доказательство нашей уязвимости на планете, где людям не хватает воздуха для нормального дыхания?" И все же я почему-то надеялся, что мне так или иначе удастся вдолбить Грею в голову эту истину.

Пока такого рода мысли вихрем проносились у меня в голове, я, осев и выгнув спину, рискнул одним прыжком перемахнуть через порог кабины. Оружейный ствол почти уткнулся мне в лицо. И вдруг Фрэнк зашатался, будто горький пьяница.

Во всяком случае мне так показалось.

Более всего меня поразило то, что предназначавшаяся мне пуля, взвизгнув, умчалась куда-то в темноту.

Как бы ниоткуда возник пожарный топорик и с грохотом свалился на пол помещения. И только тогда я наконец сообразил, что же произошло на самом деле. Это Хосе, стоя у второй двери, запустил им во Фрэнка. То ли ему повезло, то ли он был достаточно меток, но сфера, защищавшая голову нашего общего противника разлетелась вдребезги.

Фрэнк споткнулся, зашатался и непременно вывалился бы через открытую дверь, не схвати я его инстинктивно за руку и не удержи в кабине в самую последнюю секунду.

Пока я затаскивал его поглубже вовнутрь, закрывая одновременно за собой дверь, Хосе не двигался, прислонившись к противоположной стенке. Его левая рука повисла безжизненной плетью и сильно кровоточила.