Впрочем, в этот скользкий нюанс никто не вникал. Не для рядовых бойцов это занятие — вникать в игры Особого отдела при штабе Сопротивления, начальником которого и являлся товарищ по кличке Дед.

— Наше дело — сторона, — мрачно и немного растерянно произнес Учитель, теперь временный лидер группы погибшего Воронцова. — Хоть и непонятно, за что командира так круто… он еще много пользы мог принести.

— Мог, — на выдохе проронил Танк, выталкивая из ямы на бруствер тяжеленный труп Ворона. — Только вряд ли это Дед сотворил. Гляньте, где входное. На виске. Если б они с Дедом перестрелку затеяли, то Воронцову в лоб прилетело бы.

— И чего? — наивно хлопая глазами, удивился Боря. — Ворон сам застрелился, что ли?

— Погодите, — Учитель наморщил лоб. — Дед ведь без оружия был, его «ПМ» Вика в яму уронила.

— Значит, Ворон ему пистолет из ямы достал, вернул, а Дед его… — Танк выбрался из могилы и повертел головой. — Хотя, нет. Фигня какая-то. Тогда мы услышали бы один выстрел, а их было три. И следов многовато. Вот тут Ворон подошел, спрыгнул… и все. А тут кто топтался?

— А гильзы? — присоединился к обсуждению Рыжий.

— Чего гильзы? — Танк поднял одну бровь.

— Гильзы где? Одну я вижу, вон валяется. Это Вика стреляла. А еще три куда делись?

Танк секунд на пять завис, глядя будто бы сквозь Рыжего, затем вернулся к яме и, присев на бруствере, заглянул вниз. Еще несколько секунд спустя он встал и обернулся к товарищам. На губах у него играла глуповато-растерянная улыбка.

— Насчет трех не знаю, но две точно… там, внизу.

— Точно? — Учитель смерил Танка строгим взглядом.

— Я без глаз, что ли?!

— Я спрашиваю — точно две?

— А-а, ну да, вроде бы две. Там грязюка…

— Странно, — Учитель покосился на Рыжего.