— Марта, спокойно! — прикрикнул на нее Воронцов.

— Пошел ты! — злобно щурясь, прошипела Вика. — Я тебе не Марта! Козу свою Мартой называй! И маску надевать я не буду! Положить на ваши правила!

— А есть что положить? — неожиданно спросил кто-то за спиной у Воронцова.

Бойцы, как по команде, развернулись кругом и вскинули оружие. Незаметно подкравшийся к лобному месту человек медленно поднял руки и снисходительно усмехнулся.

— Дети вы еще, — он, не мигая, уставился на Воронцова. — Давай, Ворон, командуй, пока они не пальнули с перепугу.

— Опустить оружие, — приказал Воронцов. — Здравия желаю, товарищ Дед.

В голосе командира группы слышались нотки недовольства. Тем не менее дальше он повел себя так, будто заранее знал, что в нужный момент на сцене появится седьмой и что им будет конкретно этот дядька средних габаритов, неопределенного возраста, со слабо запоминающейся внешностью и с абсолютно невыразительным голосом. То есть «товарищ Дед».

Ворон перехватил автомат за цевье и протянул незнакомцу руку.

— Привет, — Дед пожал руку командиру и кивнул бойцам: — Продолжайте.

— Наладил? — Воронцов строго взглянул на Бориса.

— Все пучком! — Боря снова взял на изготовку видеокамеру.

— Хорошо устроился, — вдруг сказал незнакомец. — Все, значит, стреляют, а ты снимаешь?

— А чего, есть другие предложения? — Боря нахально вытаращился на незнакомца. — Снимайте сами, если так.

— Нет, снимай ты. Остальные тоже расслабьтесь, — Дед перевел взгляд на Вику и ткнул в ее сторону указательным пальцем. — Вот она будет стрелять. Одна.

— В смысле? — встрепенулся Воронцов. — Погодите, товарищ полковник, что это вы тут командуете? Это моя операция! И подчиняюсь я только приказам трибунала.

— Операция твоя, — Дед кивнул, не отводя при этом взгляда от Вики. — Подчиняйся, кому положено, не возражаю. А стрелять будет она.