Что там она наплела? Нужно вспомнить, чтобы потом не перепутать. Ах, да — что она иностранка, и её друзья раньше жили в этом доме. Она приехала их навестить, их нет, а она, одинокая странница, совсем никого в этом городе больше не знает. Да, кажется, так. Какая фантастическая чушь! Но придумывать что-то заранее было бы недопустимо унизительным. И так слишком много чести для этих людей. Впрочем, этот Эдгар поверил бы во всё, что угодно. Даже если бы она представилась особой королевской крови, путешествующей инкогнито. Между прочим, это было бы намного ближе к истине, чем та чепуха, которую она им рассказала… Но как же он на неё смотрел! Нет, это действительно очень смешно. Сорокалетний мужчина, а взирал на неё почти с таким же щенячьим обожанием, как юный Мартин…

Отсмеявшись, она поднялась с постели и оглядела комнату. Мрачноватая мебель из красного дерева… хотя в этом доме всё мрачновато. И она уже поняла, почему. Эта женщина с тонкими нитками губ и волосами мышиного цвета… Как там её? Кажется, Анна… Такие как она всегда отравляют всё вокруг своей желчью — незаметной, но горькой, как полынь. Надо будет как-нибудь за ней понаблюдать…

А вот эта девушка, Джиневра… В ней определённо что-то есть. Эти рыжие волосы… Никто не рождается рыжим без всякой причины, особенно женщина.

Мысли Белинды вернулись к комнате. Она рассеяно пощупала тугой упругий шёлк покрывала. На покрывале были вышиты драконы. Что ж, ей это вполне подходит. Она улыбнулась, вспомнив своего Меченосца.

Итак — похуже, конечно, чем в её замке, но в целом неплохо. Вот только зеркало… Она подумала и набросила на зеркало шаль. Будет очень некстати, если кто-то заметит, что она не отражается. Хорошо хоть рама не из серебра.

Да, пока всё идёт как надо. Вот только — она ещё не видела ребёнка. При ней о нём даже не упоминали. Но он здесь, в этом доме, — она это чувствует. Чувствует, что…

В дверь постучали.