— Войдите!

На пороге возникла Джиневра. В руках у неё была свеча; пламя плясало, бросая жёлтые блики на её длинные рыжие волосы.

— Извините, если я вам помешала… — начала она очень сухо. — Эдгар просил узнать, в котором часу подавать завтрак, чтобы вам было удобно?

— Завтрак? — Белинда сладко потянулась. — Ну… скажем… в двенадцать.

— В двенадцать?! — Джиневра чуть не уронила свечу.

— Вы спросили, как мне удобно, — отрезала Белинда. — Я привыкла поздно вставать.

— Да… хорошо. — Джиневра замялась. Взгляд её упал на зеркало.

— О! — воскликнула она в недоумении. — Вы завесили зеркало? Зачем?

— Очевидно, чтобы не видеть своего отражения, — ответила Белинда ледяным тоном.

— С вашей-то внешностью? — фыркнула Джиневра. — Ну, знаете… Да я ещё не встречала женщин красивее вас.

— Ну что ж, — Белинда окинула долгим взглядом лицо любопытной девчонки, отчего та вздрогнула и подпалила волосы. — У красивых женщин часто бывают причуды, ведь так? Полагаю, кроме меня это никого не касается.

— Да. Простите. Спокойной ночи. — Пробормотала Джиневра и уже повернулась, чтобы уйти. Но вдруг остановилась, резко оглянулась и почти грубо спросила:

— Кто вы?

— Что такое? — Белинда неохотно поднялась, скрестив руки на груди и надменно глядя на Джиневру.

Они оказались лицом к лицу — рыжеволосая против огненной, дикая кошка против тигрицы.

— Кто вы? — повторила Джиневра, в бешенстве повысив голос; её нижняя челюсть выдалась вперёд; она вся покраснела так, как краснеют лишь рыжеволосые. — Вы пришли за ребёнком? Да? Вы похожи, я вижу, как вы похожи! У вас один взгляд. Вы мать, да? Нет, вы не похожи на мать. Но кто вы?

— Вы бредите, — перебила её Белинда. В глубине её глаз замерцали алые насмешливые искры. Она определённо забавлялась. — Я же всё сказала — кто я и откуда. Чего вы ещё хотите?

— Ну, нет, — процедила Джиневра сквозь судорожно стиснутые зубы. — Я вам не Эдгар. Меня не так-то просто провести. Я не верю ни единому вашему слову!