Таскаться с гномиком в руках было неудобно, и Дмитрий купил полиэтиленовый пакет. Выпив в красном брезентовом павильоне, украшенном надписями "Мальборо", пару кружек холодного пива, Баскунчак закурил.

Жара постепенно спадала, аллея заполнялась людьми. Больше всего было девушек. Легко, если не легкомысленно одетые, они напоминали Дмитрию бабочек-однодневок. Стройные, длинноногие, с диковинными прическами, они гордо несли себя по улицам, делая вид, что им безразлично внимание окружающих. Трогательные в своей нахальной уверенности, что они самые лучшие, они и в самом деле были такими.

Баскунчак вспомнил, как пару лет назад приехавший из Царицына Юра Селецкий, потирая обеими руками свою коротко, под машинку, остриженную голову, восторженно рассказывал о царицынских девушках. Тогда Баскунчак ему не поверил, теперь он Селецкого понимал. Здесь и в самом деле можно было запросто заработать косоглазие. Глаза разбегались.

Смеркалось по-южному быстро. Когда Баскунчак вышел из павильона, небо уже было совсем темным, на нем загорались неяркие городские звезды.

Маршрутку на "Семь ветров" он ждал минут двадцать - вдвое больше, чем ехал на ней. Остановки он днем не запомнил, поэтому поинтересовался у водителя, где ему лучше сойти, чтобы попасть в гостиницу. Вечером в чужом незнакомом городе ориентироваться гораздо труднее.

- А какая гостиница на "Семи ветрах"? - удивился водитель. - Я сам там живу. Нет у нас никакой гостиницы.

- Там еще бармен... Джойсом его зовут, - настаивал Дмитрий, пытаясь выудить из кармана магнитную карточку.

- Так тебе на Перекресток? - Водитель засмеялся. - Скажу, где сходить. А то заладил свое - гостиница, гостиница...