Через зеленый от кленов и тополей сквер, где у похожего на фаллос памятника колыхался ленивый Вечный огонь, имелась еще одна гостиница. Однако и там журналиста ожидала неудача - гостиница была интуристовская, а именно интуристов сейчас в ней поселилось более чем достаточно: Царицын посетила китайская делегация из города-побратима с трудно выговариваемым названием, а кроме того, из бывшего Третьего рейха приехала на места боевой славы группа очень пожилых туристов. Немецкий Дмитрий Баскунчак учил в школе, поэтому по коротким гортанным возгласам гостей из-за рубежа он все же догадался, что из Германии приехали бывшие летчики Люфтваффе - посмотреть на Курган Славы и просто помыть наконец сапоги в волжской воде.

Легче от этого Дмитрию не стало, свободных мест не оказалось и в "Интуристе". Теперь вместо того чтобы принять холодный душ и сесть у окна с бутылочкой холодного пива, предстояло ехать к черту на кулички, и не факт, что там, на куличках, в гостинице окажутся свободные места.

Приунывший Баскунчак вышел из прохладного вестибюля гостиницы и окунулся в расплавленный воздух городской улицы. Над потемневшим мягким асфальтом дрожало марево.

Ленивые и загорелые прохожие больше напоминали жителей приморского курортного городка. Жара жарой, но Баскунчак сразу отметил, что оголенные до норм возможного приличия девицы выигрышно отличались от жительниц столицы и других городов, куда заносила его профессия.

По пути он зашел на почтамт и связался с редакцией, где взял домашний телефон и адрес лауреата. Оттуда же он позвонил Нулику по телефону. Трубку никто не брал, а это значило, что и ехать к писателю пока не стоило.

Около почтамта кружилась стайка цыганок в цветастых юбках. Жара на них не действовала. Они целенаправленно выхватывали из толпы прохожих, по одним им известным признакам выявляя податливых, и предлагали намеченным жертвам погадать. На Дмитрия они внимания не обратили.