— На меня нашло замешательство… Чувства притупились… — наконец пробормотал Калибан.

— Притупились чувства! — взорвался инспектор. — А еще на вчерашней проверке ты уловил, как всегда, комариный писк за четыре мили! Но предположим даже так. — Голос инспектора опустился почти до шепота, и в нем зазвучали вкрадчивые нотки. Так бывало всегда, когда он готовил кому-нибудь из своих электронных подопечных — а их было несколько тысяч — логическую ловушку. — Предположим, ты по какой-то причине не услышал, как злоумышленники прокрались в хранилище.

Калибан кивнул.

— Но как мог ты не услышать, когда злодеи вскрывали сейф! — Голос инспектора вновь подскочил до крика. — Ты посмотри только, что здесь наворочено!

— Мои акустические фильтры…

— Может, ты ночью покидал свой пост? — спросил инспектор, пораженный внезапной догадкой.

Калибан еле заметно покачал головой, норовя поглубже втиснуться в темный угол.

— Уж если такое могло произойти, от тебя можно ожидать чего угодно, — продолжал рассуждать инспектор вслух скрипучим голосом. — Мало ли что взбредет на ум спятившему роботу? Может, ты бегал считать листья на платанах городского бульвара или количество спиц в колесах ночных велосипедистов?

— Нет, я не покидал свой пост, — тихо, но твердо перебил Калибан, и инспектор понял, что это правда: роботы его класса никогда не лгут.

— Дежурил и не услышал, как автогеном разрезают сейф?!

— Автоген бывает бесшумный.

— Бесшумный! И двери и хранилище взломали тоже бесшумно?

Калибан промолчал, лишь ниже опустил повинную голову.

— Сталь и та устает… — задумчиво произнес инспектор после долгой паузы. — Стар ты, видно, стал, голубчик.