Заметив его приближение, она сунула руку в карман шикарного пальто с капюшоном за книгой, но недостаточно быстро ее вытащила. Да и вообще держала вверх ногами.

— Привет, — сказал он, — как прошло собеседование?

Девушка медленно опустила книгу — почти как потерпевший поражение генерал, отдающий противнику шпагу.

— Надо думать, я пролетела. А у вас как?

Он покачал головой:

— Правду сказать, точно так же. Я вообще не стал бы работать у этих психов.

— И я. Я им так и сказала, что вопросы у них дурацкие.

В это Пол вполне мог поверить.

— Вас тоже спрашивали про убийство родителей?

Она поглядела на него так, словно он лишился рассудка.

— Меня попросили перечислить королей Португалии. А еще спросили, какой мой любимый цвет. На это я им сказала, мол, не ваше дело.

"М-да, — подумал он. — Отношения человека с королевской семьей Португалии — это сугубо личное дело".

— А ко мне приставали с какой-то чушью про Лондонский Тауэр и чем-то из "Стар-трека".

Она цокнула языком:

— Они не того Чехова имели в виду, а русского драматурга.

— А что, был русский драматург по фамилии Чехов? Ну надо же! — Пол тряхнул головой. — Все равно это не имеет значения. Думаю, я провалился еще до того, как туда вошел.

Она кивнула.

— Интересно, что они спрашивали у этой "джулии робертс"? Готова поспорить, уж она-то им сказала, какой у нее любимый цвет. — И свирепо добавила: — Скорее всего розовый.

Почему-то от разговора с худой девушкой само собеседование перестало казаться таким уж кошмарным.

— Как насчет того, чтобы где-нибудь перекусить? — спросил он.

— Нет. — Встав, она залпом выдула свой "Гиннесс" и отерла рот рукавом. — Мне пора. Пока.