- Да я Вам верю, верю, Женечка, - забеспокоился, посерьезнев, старик. - Только все равно вынужден буду огорчить Вас, милая, перстней в этом доме я, увы, не находил. Да и что суть - перстни? Ну, - золото, Ну, камни, пускай и самые раздрагоценные... Да у меня здесь, - он обвел рукой стеллажи, - такие сокровища, что перед ними любое злато - тлен и плесень. Да и что, если разобраться, есть злато? Достаток. Власть. А я, милая, Реставратор Летописей! Мое богатство несопоставимо ни с одним сокровищем мира. Мудрость веков скрыта за этими переплетами. Что может быть больше этого? Кто имел власть большую, чем летописец? Никто и никогда! Лукавый летописец мог исказить события. И это имело место, и тогда ему казалось, что он получил такую власть, которой до него никто не имел. Через него входили в Историю. Он стоял как бы у врат. В его власти было произвести из грязи - в князи, и в его власти было окунуть в грязь благороднейшего из князей.

Я восстанавливаю истину. Я - Реставратор Летописей. Я обладаю властью над настоящим, прошлым и будущим. В моих руках не просто пожелтевшие страницы, в моих руках - Время. Я могу отреставрировать страницы Истории так, что все прошедшие события отразятся в кривых зеркалах лжи. Конечно же, я кокетничаю и фиглярничаю, любезная Женечка, никогда я не позволял и не позволю себе ничего подобного.

Когда-то, когда я был молод, пришли ко мне слуги Сатаны, и стали заставлять меня переписать некоторые страницы хроник, отреставрировать их так, как требовал этого Сатана. И я отказался, сказав им:

- Ищите слабых духом, не помощник я в делах подлых.

И схватили меня слуги Сатаны, и отправили в земли Соловецкие, святостью своей славные. Но ничто не свято для Сатаны. Превратил он эти земли в узилище. И без малого двадцать лет мытарили меня, Женечка, по лагерям. Сначала - Соловки, потом - Магадан, Колыма... И жена моя, голубушка, отречься от меня не пожелавшая, тоже по этапам пошла. Только вот вернуться не сумела. И осталось мне памятью от нее только колечко ее серебряное. И нет на всем белом свете для меня таких перстней, чтобы они дороже этого колечка стоили. А вот фотографии ее, даже самой крохотной, не осталось. Вот как дорого стоят и ценятся Реставраторы Летописей, если им за порядочность свою жизнью платить приходится... Утомил я Вас, Женечка? Давайте мы с Вами будем чай пить...