— Гайяр, куда ты пропал, постреленок, мы тебя ждем! — окликнул прильнувшего к черпаку мальчишку рослый погонщик. Вытерев рукавом мокрый подбородок, Гайяр положил черпак на выщербленный временем и солнцем каменный круг колодца и подошел к купцам.

— Присаживайся, дитя, сегодня ты наш гость! — сказал толстый купец с узкими смеющимися глазами и похлопал унизанной драгоценными перстнями рукой по пестрому дорожному ковру.

— Благодарю, почтенный Расат, да не оставит тебя удача! — И, не дожидаясь повторного приглашения, мальчик уселся рядом.

— Вот смотрю я на тебя, Гайяр, и удивляюсь! — Купец протянул прислужнику кубок, и вино, булькая, полилось из дорожной кожаной фляги.— В который раз удивляюсь!

— Чему же ты удивляешься, о лучший из купцов? — приподняв брови, спросил мальчик и, не глядя через плечо, привычным жестом подставил слуге свой кубок.

— А вот этому самому и удивляюсь… Не первую ночь ты проводишь у моего костра, делишь с нами хлеб, рассказываешь смешные истории про шадизарских плутов… Сдается мне, что и сам ты препорядочный плут, сознайся, дитя? — И купец, улыбнувшись, залпом осушил кубок.

— Теперь уже я удивляюсь, добрейший Расат. С чего ты решил, что я плут? — И Гайяр, посмотрев на купца ясными, невинными глазами, тоже залпом осушил свой кубок.

— Ох уж этот Гайяр! С ним не соскучишься! Ну, как есть плут, сын плута и внук плута!

— Эй, хватит топать ногами за моей спиной! От вашего хохота земля трясется, как под копытами табуна взбесившихся лошадей!