В этот вечер я зажег множество свечей, расположившись в библиотеке; на мне было свежее белье, и я потягивал хорошее вино, рассматривая руководство по астрономии, написанное учеником Каплера, и размышлял о своем отношении к учению Лютера, утверждавшему, что разум является наибольшим врагом веры и основных постулатах его религии. Он расценивал разум, как уличную девку, готовую услужить всякому, кто того пожелает, но конечно же, его умозаключения противоречили логике, как представляется католикам. Как правило, сошедшие с ума люди видят в логике возможность овеществления собственных безумных идей, в основном посредством силы угрозы, коварства или кровопролития. Именно из таких людей впоследствии получаются тираны.

Я задал моему коню овса и заснул без беспокойства, точно зная, что поля сражений остались позади, однако надеясь проснуться, если кто-нибудь попытается приблизиться к моему убежищу.

Снов я не видел и под утро проснулся со свежей головой. Снова был теплый солнечный день. Я находился в приятной дремотной расслабленности. Все, что можно было пожелать — это немного птичьего щебетания под окном. Но мне нужно было позаботиться о себе вместо того, чтобы нежиться в постели. Я спустился на кухню и соорудил себе завтрак из маленького кусочка сыра, запив его небольшим количеством водянистого пива.

Для себя я решил, что проведу в этом прекрасном месте столько времени, сколько будет возможно. Пока не было необходимости продолжать путешествие, поскольку не было разгневанного хозяина, угрожающего намылить шею. Уже давно я с недовольством относился к самому себе и не думал, что реакция другого человека может существенно отличаться от моей собственной.

Вечером я поднялся по лестнице на балкон башни, и в нескольких милях от моего убежища заметил следы присутствия других людей. То ли лес был объят огнем то ли горел какой-то хутор. Я видел, как рвется в небо пламя, но ветер относил дым в сторону.