- Когда Цирцея увидит, что ее чары на тебя не действуют, - сказал тот, - она предложит тебе разделить с ней ложе. Ни в коем случае не отказывайся! - вскричал он, заметив гневный жест Одиссея. - Иначе погубишь себя и не выручишь своих товарищей.
Тут Олег Иванович затосковал. Вспомнилась ему оставленная дома жена, вспомнился сын Телемах. Как она там одна справляется? Мальчик в таком возрасте - вредный, настырный, любое замечание в штыки встречает. Правда, сейчас он в лагере, но все равно, спокойней было бы Пенелопе, если бы муж вернулся домой. Ну что ей стоит написать сейчас: "Бросился тут Одиссей к кораблю, оттолкнул его от берега и...", но тогда его товарищи так и будут хрюкать всю жизнь в тесном загончике.
Одиссей представил, как гордые мужи жадно пожирают помои, отталкивая друг друга от корыта щетинистыми боками, как свирепо торчат у них изо рта желтые слюнявые клыки, и на секунду ему стало дурно. "Ладно, посмотрим, что получится. Ложе не ложе, а ребят выручать надо".
Что ж, посмотрю и я, что у него получится, потому что Муза моя, утомившись вдохновлять, спит в кухне на табуретке, подперев кулачком бледную щеку.
* * *
Примерно через полчаса Одиссей ступил в дом Цирцеи, сложенный из тесаных камней. У двери его встретили две служанки. Они радушно пригласили путника войти в залу и оставили одного.
Одиссей осторожно посмотрел по сторонам и почувствовал, как тихая жуть наполняет его сердце Ни звука, ни души вокруг. В какой-то момент Одиссею показалось, что он слышит, как тихо плещет его кровь, пробегая через сердце. Цирцея должна была петь в момент его появления, что они там все - заснули?