Хулио уселся на землю рядом с матерью и с каменным лицом следил, как Спикмэн кладет руку на плечо Дэвида, увлекая его на узкую тропинку.

Поверхность утеса была испещрена узкими выступами. Над первым рядом уступов виднелись десятки маленьких пещерок. Выше шел второй ряд выступов и одинокое отверстие, прорытое археологами.

— Не очень-то это похоже на скальные жилища, — сказал Дэвид.

— Хороший глаз. Нет данных, что здесь кто-либо когда-то жил, — сказал Спикмэн. — Скорее это кладовые. Мы нашли здесь керамику и резные изделия. Ближайшие жилища почти в сотне миль отсюда.

— Возможно, это склад токсичных отходов, — сказал Дэвид.

Они приблизились к огороженной территории. Большие желто-черные щиты предупреждали: ПРОХОД ЗАПРЕЩЕН. АНТРОПОЛОГИЧЕСКАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ. НАУЧНАЯ ПЛОЩАДКА.

Дэвид уставился на щит:

— Так вот вы где работаете.

— Да. На вершине утеса. Забираемся с помощью веревочных лестниц. Видишь то отверстие наверху? Возможно, это погребение. Но только для одного человека. Может, это был вождь или уважаемый шаман. Оно древнее — по-настоящему древнее. Трудно даже установить возраст.

— Почему?

— Потому что мы не можем прочитать письмена. — Спикмэн вытер лоб длинной жилистой рукой. — Не осталось никаких записей, лишь косвенные указания на захоронение. — Он снял брезент с деревянного стола, установленного в тени. На нем были разложены десятки осколков и фрагментов керамики. Все были необычайно ярких тонов — синих, желтых и блестящих кроваво-коричневых.

— Очень необычно, — сказал Спикмэн, показывая синий осколок размером со свой палец. — Уникальная полихроматическая глазурь. Думаю, это мимбрино.

— Мимбрино? — спросила Бренда.

— Они были пришельцами. Мигрировали на юго-западе полукочевыми группами в поисках дичи и воды. О них известно очень немного. Вот, — сказал он и протянул осколок Дэвиду. — Сегодня ведь твой день рождения?