Я развел руками.

— Раньше у меня может не получиться. Я постараюсь, вы знаете, но…

— Станок-то мы и так купим… — задумчиво протянул Карлов.

Захарий поманил к себе механиков. Ожидая, пока они переговорят, я еще раз прошелся по палубе, заглянул в рубку, потом спустился.

— Вот что, Музыкант, — сказал Захарий. — Можем так сговориться — отдаешь долг в сухом сезоне, но за то доставишь один груз.

— Три «К», — сказал я.

Все посмотрели на меня.

— Главная формула всех доставщиков: три «К». Когда? Куда? Какой?

— Сейчас. В Кривую балку. Вот этот. — Захарий сдвинул вбок стенку стоящего под столом железного ящика и выкатил оттуда приземистую трехколесную тележку. На ней были ремни, небольшой движок, бак для солярки — бидон с утопленным в днище ребристым шлангом — маленький руль и выхлопная труба сзади.

— Для Пол-Солдата, — пояснил Карлов. Я кивнул. Пол-Солдата — так называли родного брата Захария, бригадира большой артели ломщиков.

— Они, значит, в Кривой балке? — уточнил я. — Взялись-таки за нее, не побоялись ползунов…

— Ползуны передрались, — пояснил Захарий. — А победивший холмовейник наемники, которых ломщики для охраны наняли, сожгли, теперь в балке безопасно. Скажешь Пол-Солдата, что движок сильный, так чтоб осторожно поначалу, пока не привыкнет…

— До балки недалеко, но она не по пути. А я ж уже заказ до Арзамаса взял, понимаете? Сейчас грузиться буду. Чтоб в балку попасть, крюк придется делать…

Карлов присел и стал заворачивать тележку в мешковину.

— Небольшой крюк, Музыкант, — сказал Захарий. — На полдня всего. А брат эту тележку давно ждет. Мы ее почти сезон мастерили. Отвезешь, Пол-Солдата тебе благодарен будет, а его благодарность всякому пригодится. И мы с твоим долгом подождем.

— Ладно, договорились, — сказал я. — Только у меня радо-порошок старый уже, новую колбу насыплете?