Василий не прекращал борьбы. Он обклеил все углы специальной лентой, купленной на рынке у старичка, бывшего профессора филологии. Но лента, исписанная цитатами из Диккенса и Рабле, помогла мало, и тогда Василий обратился в специальную службу. К нему домой приехали неразговорчивые молодые люди, они в течение восьми часов облучали стены из проектора, демонстрировавшего лучшее из «Монти Пайтон» и советских комедий. Но и это помогло не надолго. Друг Василия Алексей спасался от беды в интернете, и тогда Василий купил домой сразу два компьютера, и петросяны временно исчезли, но затем появились вновь, еще в большем количестве, вместе с ними в квартиру проникли новые твари, совсем мелкие, паразитирующие на интернет-шутках. Василий сопротивлялся, как мог. Он убивал петросянов афоризмами Ежи Леца, душил их абзацами из Марка Твена и просто давил сборником Зощенко.

Но все было напрасно. И однажды ночью самый юркий из петросянов пробрался через ухо Василию в мозг. Колючая отвратительная тварь в мгновение ока разрушила устоявшиеся нейронные связи и создала новые и устроилась поудобнее прямо под корой головного мозга. А наутро Василий первым делом сдал книги в макулатуру, затем отвез мать в приют для престарелых, потом выбил зубы жене, выпорол дочерей и, наконец, распаковал телевизор и уселся поудобнее, включил «Кривое зеркало» и расслабился.

Надо было начинать жить по-новому.