— Находились ещё желающие купить реликвию?

Я ожидал утвердительного ответа на этот вопрос.

— Да, конечно… Но я уже договорился с её хозяевами, нехорошо нарушать условий договора… Вещицей особенно заинтересовался некий Томас. Он настоятельно уговаривал меня продать ему реликвию, запугивал меня нечистой силой, но меня пустыми угрозами не проведёшь. Я не видел бумаг, подтверждающих, что он слуга древнего ордена, а на слово я не верю.

Здесь я был полностью согласен с торговцем. Хотя немного склонялся поверить доктору Майеру, что Томас, действительно, посланец ордена, занятого истреблением вурдалаков.

— Где вы были в ночь убийства? — спросил я.

Вопрос не вызвал беспокойство собеседника.

— В своей лавке, я живу здесь, — ответил Щуц, — моя комната находится сразу же за дверью. Простите, но мне тяжело говорить о происшедшем! Подумать страшно, ведь могли убить и меня!

Я задумался. А вдруг Щуц решил заполучить и деньги, и реликвию… Хотя особой прыткостью он не обладает.

* * *

Под вечер мне довелось познакомиться с учеником убитого, представившимся как Джовани. Ученик объяснил мне, что он ещё не прошёл посвящение в клан, поскольку не преодолел все испытания. Он должен ходить в учениках господина ещё три года, за время которых обязался доказать свою преданность клану. Лицо Джовани не было лишено приятных черт, но излишняя бледность и худоба делали его похожим на чахоточника. Удивительно, но некоторые дамы находят в подобном облике нечто притягательное и завораживающее.

— Теперь я не смогу пройти посвящение, — печально произнёс Джовани, — я не смог защитить учителя.

Меня мало интересовала карьера собеседника.

— Где вы были в ночь убийства? — спросил я.

— Учитель отправил меня по поручению…