- Где было это чертово подкрепление? - резко спросил фон Кессель. Его выводил из себя тошнотворный запах.

Граф заговорил было, но разразился кашлем. Он покраснел, вены на носу и щеках угрожающе вздулись; граф сплюнул в чашу, поднесенную слугой, в то время как другой слуга аккуратно промокнул его влажные обвисшие губы.

Из темноты выступил человек, который до этого безмолвно стоял за спинкой графского кресла. Это был отталкивающего вида тощий юноша лет двадцати с небольшим, в простой, но явно дорогой черной одежде, с аккуратно подстриженной остроконечной бородкой. Стефан сразу узнал Иоганна, внучатого племянника и единственного оставшегося в живых родственника графа. Грубер два раза был женат, но ни одна супруга не родила ему детей, и, соответственно, Иоганн оказался единственным наследником графа.

- Вам было приказано удержать перевал. Вы ослушались личного приказа выборщика, капитан. - Иоганн скорее выплюнул, чем произнес последнее слово.

Не сводя глаз с графа, фон Кессель подавил ответную резкость.

- Я разговаривал с Великим Графом, - холодно сказал он.

- Дерзкий нахал, - буркнул молодой человек в черном и шагнул вперед, сжимая изукрашенный эфес рапиры.

- Стой, стой, - проскрипел Граф-выборщик Остермарка, махнув пухлой рукой со множеством тяжелых перстней. - Довольно, Иоганн. Отойди.

Сердитый молодой человек убрал руку с эфеса и шагнул назад, глаза его опасно поблескивали.

- Ах да, подкрепления. Что же случилось с подкреплениями? Андрос!

Смуглолицый советник-тилеец коротко поклонился фон Кесселю.

- Распоряжение было послано, милорд, как вы и просили. Несомненно, их перехватил враг. Досадное недоразумение, - вкрадчиво сказал он на безупречном рейкшпиле, практически без акцента, и моргнул, когда фон Кессель презрительно фыркнул.

- В самом деле, очень, очень досадно, - сказал граф, глядя на фон Кесселя влажными глазами. - И в итоге вы не выполнили мой приказ. Извольте объясниться.