Он был рожден на истеченье века, как говорили новые календари, но постоянно ощущал, что колыбель его - несметное количество тысячелетий, _миновавших_, хоть и не исчезнувших для будущего.

С этим он вырос и, перегоняя с пастбища на пастбище стада, неспешно жил...

Потом девушка - она назвалась: Рева - принесла ему кусок сырого мяса.

Он поборол в себе невольное отвращение и только внятно произнес:

- Спасибо.

Спасибо - это ведь когда дают, к тому же добровольно... Так это понимал Чингиз. И так, возможно, понимало племя.

По крайней мере, едва Чингиз протянул мужчине, что подарил ему свой дротик, новый острый нож и показал, как пользоваться без опаски, в ответ он вдруг услышал то же самое "спасибо" - с трудом произнесенное, с чудовищным акцентом, но... смысл слова!..

И потекла для Чингиза размеренная, ни с чем прежним не схожая жизнь.

Через неделю он совсем окреп, так что смог не только выходить из пещеры, но и помогать племени в охоте.

Тут-то и сказались навыки потомственного пастуха. Он мастерил арканы, показывал, как делать западни, соорудил из обожженных кольев некое подобие загона для скота, где теперь постоянно находились несколько коз с козлятами.

С вождем племени конфликтов не случалось: Чингиз занимался только хозяйством, почитая неразумным и недостойным для, знающего человека тратить короткую жизнь и силы на завоеванье власти.

Пусть властвует тот, кто ни на что _полезное_ больше не способен.

На этот счет у него с новым учителем тоже имелись немалые расхождения, но тут Чингиз с завидным упорством держался своего.