Мистер Белл потянула лодыжку, споткнувшись о свернутый канат и упав прямо в вовремя подставленные руки Феликса. Планкветт разгуливал по самым верхним реям. Свин без конца перепрятывал свою косточку в самых неподходящих местах.

— Ай! Я же теперь сесть не смогу! — взвыл Шадрах Пропащий, неожиданно обнаружив кость, воткнутую в его гамак.

— А я-то думаю, с чего это моя шарманка играть перестала, — ворчал Катберт, вытаскивая косточку из внутренностей своего инструмента.

Свинтус не находил себе места. В конце концов он притащил косточку в каюту капитана.

— Не желаете ли положить ее сюда, мистер Гав-гав? — спросила Артия, услужливо открывая морской сундук. Свин неуверенно завилял хвостом и согласился. Но через час вернулся, чтобы вытащить свое сокровище (это стоило ему немалых трудов: он долго скребся лапами, а потом барахтался среди одежды, книг и карт, свалившись в сундук головой вниз). С косточкой в зубах он спустился на нижнюю палубу.

— Пес рехнулся, — решил Гидеон Шкваллс.

— Он лучший пес в Ангелии! — возразил Соленый Уолтер.

Эбад разнял их:

— Джентльмены, поберегите свои кулаки для франкоспанцев.

Артия, как и в прежние времена, занимала каюту в одиночестве. И радовалась этому. Раз уж Феликс снова стал ей недругом, пусть не путается под ногами.

Она наблюдала, как он флиртует с Доран Белл. Содрогаясь от гнева и боли, в которой она не желала признаваться даже самой себе, Артия подчеркнуто игнорировала обоих. В этой стройной фигурке нет ни одного мускула, который пригодился бы в море. И какая нелегкая понесла ее с ними?

Артия называла соперницу мистером Беллом. Та до сих пор одевалась как свирепый пират, сидела, подняв раненую лодыжку, и читала стихи мистера Коулхилла.

— Мы высадим вас, мистер Белл, в первом же подходящем порту.

— Ох, боже мой, — воскликнула мистер Белл, взмахнув густыми темными ресницами. — Капитан, уверяю вас, интерес вашего мужа ко мне чисто…