Первая часть моего прогноза, сделанного ещё до посещения кафе, подтвердилась: Андрей действительно был у меня. Но не мерил квартиру шагами, беспокоясь о том, куда подевалась его взбалмошная подруга, и не спал. Я обнаружила его в кухне, где он сидел перед настежь распахнутым холодильником и пристально вглядывался в его, прямо скажем, пустоватые недра.

- Это не телевизор, дорогой, - сказала я со всей доступной мне мягкостью. - Ты, наверное, перепутал. Закрой, пожалуйста, дверцу, а то в квартире будет холодно, а в морозилке не будет льда.

Андрей вздрогнул и словно очнулся, причем ни малейших следов замешательства на его лице мне заметить не удалось.

- Это ты? А я проголодался, хотел что-нибудь приготовить...

- Картошка в нижнем отделении, - проинформировала я его, снимая жакет, - равно как и постное масло. Больше в доме ничего нет, и я по дороге не купила - и так опаздывала. Потом, ты не предупредил...

Лучший способ защиты это, как известно, нападение. Но мой изящный выпад остался без внимания. Впрочем, как почти всегда.

- Давай пойдем и купим все, что душе угодно, - предложил мне Андрей. Устроим праздник. Возьмем вина...

- Что отмечаем? - полюбопытствовала я.

Обычно мой друг практически не замечает, что ест, и если приносит в дом деликатесы, а не хлеб и колбасу, значит, хочет этим что-то выразить.

- Свободу. Я теперь вроде тебя - свободный художник. Сегодня получил расчет. И вот теперь думаю, что дальше будет...

- Ты ушел из конторы? - изумленно спросила я. - Шутишь?

- Честное пионерское. Правда, моей заслуги в этом нет, как всегда все сделал Павел...

- Павел? - растерянно переспросила я. - Почему Павел? При чем тут Павел? Он что - тебя уволил?

Павел - это друг и начальник Андрея, в свое время также немало сделавший для обеспечения моей безопасности и неприкосновенности и посему с полным основанием ставший и моим другом тоже. Зачем Павлу понадобилось содействовать уходу Андрея из ФСБ мне ещё предстояло выяснить.