Матвей поперхнулся ветром. Прокашлялся.

— Ну… всяко может быть… Но я что хотел сказать-то тебе… Цыпилма — ты пифия.

— Знаешь, я уже в курсе…

— Ты — пифия, и помни об этом! На тебя сейчас будут давить с двух сторон — и Мадам и Главный. А может и еще кто… Не поддавайся ты им. Знай себе цену. Ты должна выучить все, что ты должна. А требовать чего-то сверх того — увольте, поняла?

Я поняла, что меня будут запрягать в две телеги сразу и грузить без меры. Да ладно, отвертимся, не привыкать… Я ведь еще не дорасспросила о вчерашнем.

— Матвей — а "погружаться вслед за пифией" — это как?

Матвей засопел.

— Не должна она была при тебе-то… ну ладно, чего там… Есть у нас, у оракулов, одна… гм-м… фишка. Некоторые могут идти за пифией в ее транс… ну вот как ты вслед за Юлей. Ну в общем-то, это наказуемо, оракул сразу дисквалифицируется.

— В смысле, Главный тоже… Он был со мной? Там? — Я даже остановилась. Соображала. — То есть что… он может впадать в транс, как какой-нибудь древний шаман? Он и сам может прорицать?

Матвей опять с силой начал царапать бороду. В такие минуты очень хочется предложить ему уже наконец помыться.

— Ну… этот вопрос спорный… вероятно, это не порок даже, а скорее неразвитая способность к предсказанию, которую традиционно приписывают только пифиям. Наверняка ею обладают все сильные оракулы… потому они и сильны. Мадам почуяла это еще при первом трансе с Брелем, помнишь, говорила у меня?

— А ты ведь тоже «сильный», да, Матвей?

— Ну… чего прошлое ворошить, сорока? Главное — знать грань, за которую не следует заходить. И держаться ее.

— И Бреля никто не дисквалифицирует?

— Это… не так-то просто, Президентский Оракул как-никак. Мальчишка с о-го-го какими амбициями и характером. Сейчас, после предупреждения Мадам, он будет держаться. И продержится. Некоторое время…

— Вот не понимаю я. Если оракул может предсказывать, пусть тогда сам и предсказывает. Или что — профсоюз пифий борется за наши рабочие места?