Некоторое время Элизар в нерешительности стоял за кустами. Нэрени была так счастлива - а он не мог сообщить ей ничего хорошего. Наконец он неохотно вышел из своего укрытия, а Нэрени встала, держа в руках тунику, с которой капала вода, и лицо ее при виде мужа стало еще счастливее.

- Элизар! А я все думаю - куда же ты подевался? Я... Она осеклась, и старый воин понял, что собственное лицо выдало его.

- Да что с тобой? - Нэрени нахмурилась. - Разве можно быть таким мрачным в такой чудесный денек?

- Мне надо с тобой поговорить. - В душе Элизар молил всех богов, чтобы она поняла и простила его. - Нэрени, завтра наши соплеменники уходят... Они возвращаются в лес на краю пустыни, чтобы построить там дома и начать новую жизнь вдали от жестоких царей и колдовских сражений. И я думаю... Я уверен, что нам следует уйти вместе с ними.

- Что?! - Лицо Нэрени стало грозным. - Бросить Ориэллу и Анвара? Да ни за что на свете! Во имя Жнеца, как ты можешь даже предлагать мне такое? Словно в подкрепление своих слов Нэрени швырнула тунику в воду, и она поплыла прочь, увлекаемая течением, а маленькая женщина повернулась к мужу и сжала кулачки.

Элизар невольно отступил на шаг. Он никогда еще не видел свою толстушку в таком гневе.

- Дорогая.., прошу.., выслушай меня, - умолял он, но Нэрени была непреклонна.

- Выслушать? Почему я должна осквернять уши, выслушивая болтовню неблагодарного изменника? Ориэлла - наш друг, Элизар! Как ты мог даже подумать уйти от нее? А кто будет о ней заботиться, если не я? Эти маги, может, и могущественны, но они такие неприспособленные! Захотят воды вскипятить - глядишь, и пожар устроят...

Элизар тяжело вздохнул. Он знал, что это будет нелегко.

- У них есть и другие способности, за них беспокоиться нечего. А для путешествия на север у них найдутся и другие спутники, которые смогут помочь им куда лучше, чем мы.