Пока ее не было, Кай внимательно оглядел Тора, затем обошел вокруг него, чтобы найти камеру. Ему в голову пришла непочтительная мысль, что Тхек уселся прямо на камеру и раздавил ее или соорудил что-то вроде теплонепроницаемого кармана, в котором спрятал кусочки хрупкого аппарата гуманоидов.

- Наверное, он будет сидеть так не день и не два, - с отвращением проговорила Вариан. - Пошли. Хочу посмотреть, что творится снаружи. И еще не мешало бы что-нибудь выпить, чтобы прочистить глотку от пыли. А также забросить какой-нибудь свежей еды в свой бедный сморщенный желудок.

Она лукаво подмигнула ему. Она знала, что кораблянин Кай в отличие от нее никогда не замечал неприятного привкуса синтетической пищи.

Они открыли лепестковый люк настолько, чтобы быстро выскользнуть из шаттла, и тут же закрыли его за собой. Не следовало выпускать из помещения сонный газ. Воздух снаружи оказался настолько плотен и горяч, что им почудилось, будто по их лицам ударили мокрой вонючей тряпкой.

Вариан изумленно выругалась и задышала глубоко и часто, приспосабливаясь к убийственной смене температуры. Сначала Кай подумал, что они вышли в ночь, но когда его глаза привыкли к сумраку, он понял, что отверстие пещеры заросло густой зеленью. В ней была небольшая брешь, которую проделала космическая капсула Тхека. Это конусообразное транспортное средство покоилось неподалеку от люка шаттла.

- Где же у него энергоблоки? - недоуменно спросила Вариан, разглядывая этот весьма странный звездолет. - Форма у него как у самого Тора, только побольше. - Она изумленно развела руками, потом дотронулась до тусклого металла округлой кормы звездолета. И тут же отдернула руку. - Ого, так и пышет жаром.

Кай стоял возле носа капсулы Тора, рассматривая бугристую, чуть приоткрытую дверцу тяжелого плазмолюка. Он заглянул внутрь, пытаясь понять назначение всевозможных диковинных приспособлений, выступов и углублений в металлической обшивке носового отсека.