Он только что допросил продавщицу универмага, которая тоже покупала деморфин у профессора Бенца.

— Тогда провожу вас я. Вы в управление?

— Угадали. Ну а что касается следствия, увы, оно не продвинулось, хотя в него неожиданно вмешалось Верховное ведомство. Можете себе представить, что творится у нас в управлении! Каждый день пишу отчеты, и когда есть что написать, и когда написать нечего.

— Значит, он меня не обманул, — сказала Шейла.

— Кто? — озабоченно спросил Грим.

— Моррис-младший. Он меня вызывал. Из-за деморфина.

Грим невольно остановился:

— И что же хотел от вас министр экологии?

— Чтобы я наладила производство деморфина. Понимаете, оказывается, в ведомстве про меня многое известно. И что немного помогала деду, и что я нашла катализатор реакции синтеза. В лаборатории, увы, к деморфину никто, кроме меня, серьезно не относится. Но я стараюсь, работаю. Если я найду условия кристаллизации, можно будет начинать промышленное производство. Моррис сказал, что этот заказ он передает концерну Крюгера. Я получу свой гонорар. При моем нынешнем положении это неплохо.

— Неплохо, — согласился Грим.

— Да… — вздохнула Шейла. — Моррис не случайно начал разговор с моего материального положения. У дедушки нет завещания. Я не прямая наследница, все имущество деда отходит к моему отцу, там дети от другого брака… Моррис выбрал могучее средство, чтобы заставить меня заняться деморфином.

— Жаль, но у меня действительно мало времени, неожиданно перебил девушку Грим, — к вечеру я буду свободен, и мы поговорим. Только вспомните все, что сказал вам Пэт Моррис, это важно!

Утром Грим был в лаборатории, где все уже было иначе, чем в первые его визиты. Прибрано, готово к работе. Моран сидел, подперев голову руками.

— О чем задумались? Новая гипотеза? — осведомился инспектор.

— Гипотезы — сейчас это больше по вашей части, — угрюмо отозвался Моран.