— А где ваш коллега?

— В машинном зале, что-то пересчитывает. Наверное, деньги, язвительно сказал Моран, — берет заказы от Крюгера и сколачивает капиталец, пользуясь отсутствием патрона. Не верю, что старик убит! Видимо, подозревая Маттиса, я был не прав…

— Не знаю. И заводы Крюгера, и ваша лаборатория работают на перелет, Неизвестно, что мог затеять Крюгер, чтобы подстегнуть ваши исследования, и чьими руками он это сделал.

Моран кивнул. От всего его облика веяло отчаянной скукой.

— Вы не задумывались над причиной отсутствия Клаузена?

Моран пожал плечами:

— Клаузен — человек, мягко говоря, с увлечениями за пределами науки. У него бывают свои дела. Вы полагаете, это он приложил руку?… И есть основания?…

— Клаузен не мог в одиночку совершить подобного преступления. Ему кто-то помогал.

— Не я, — Моран так сказал это, что Грим понял, зря сомневался в нем. Но продолжил:

— А почему вы отказались от своей работы? Теория обогащения, кажется, так это называется?

Моран объяснял долго. И главное, Грим понял, что ничего оскорбительного в отставке своего проекта Мон не видел. Он не ссорился с Бенцем. В науке, сказал он, существуют и тупиковые пути. «В следствии тоже», — согласился с ним Грим.

* * *

В цехе неприятно пахло маслами. Грим решил закурить, чтобы перебить запахи, но Крюгер пригрозил ему пальцем, и он смял сигарету.

— Мне пришлось снять все штамповальные машины, — принялся объяснять Крюгер. — Экономим энергию. Но мои деньги летят в трубу — ручной труд дороже оплачивается. Известно вам, наверное, — помолчав, не без гордости заметил Крюгер, — вся межпланетная армада сделана в этих стенах. До сих пор думаю, — Крюгер крякнул, — неужели это пустой труд?!

Грим показал рукой в дальний угол цеха:

— Кажется, там еще не смотрели.

Крюгер остановился, отер платком мокрый лоб: