Давно Моррис не испытывал такого удовольствия от еды. Эта яичница неплохое доказательство в пользу переселения! Угостить бы ею Верховных! На Аркосе о натуральных продуктах почти забыли. Уж рядовое-то население точно. Атмосфера загрязнена. Гибнет скот, гибнут пастбища. Остались только высокогорные, где еще держат фермы, но их продукции едва-едва хватает на обеспечение элиты, правящих ста трех семей.

— Кстати, Пэт, — сказал Крауф. — помните то явление, которое мы с вами наблюдали здесь во время первой экспедиции? Небесные иголки?

— Еще бы! Такое не часто увидишь, — ответил Моррис.

— Вчера, поздно вечером, я опять видел их. Должен сказать, что все это слишком похоже на космические корабли, чужие космические корабли, Пэт. Кстати, где вы вчера пропадали после полудня?

Пэт Моррис взглянул на Крауфа. Выражение отрешенности на его лице сменилось раздумьем, потом посуровело, как у человека, принявшего окончательное решение.

— Я ходил купаться, — жестко ответил он. — Я устал. И ничего не случилось.

… Когда в аппарате что-то щелкнуло и экран погас, первой у Пэта Морриса мелькнула мысль: какая удача, что подарок инопланетян попал именно к нему в руки. Он осторожно поднял аппарат и на блестящей его поверхности рассмотрел барельеф человека с огромным выпуклым лбом и волевым подбородком. Чуть ниже располагалось два овала, на которых отчетливо различались континенты, горы, океаны. По всей поверхности аппарата были разбросаны точки различной величины. Одна из них, совсем маленькая, светилась голубым светом. Это была карта звездного неба, которую Моррису никогда не доводилось видеть.

Пэт Моррис вздрогнул: звук зуммера напомнил ему, что аппарат продолжает работать. Он еще раз осмотрел поверхность аппарата и увидел крохотный тумблер. Он повернул его, и поверхность аппарата начала медленно раздвигаться. Показался небольшой экран. Потом что-то щелкнуло, и экран засветился.