Правда, когда посадка была завершена, когда откинулся люк головного вегикла, выяснилось, что убийства откладываются как минимум на потом. Из вегикла неторопливо вышел белокурый гигант (уже известный читателю общий чин Андрей Рогожиус) в драных штанах и свитере с надписью «Make Love amp; War». Ни на кого не обращая внимания, он задрал добродушное и очень довольное лицо к небу и с наслаждением потянулся.
— Сладко тут у вас дышится! — сообщил он наконец сгрудившимся перед ним куаферам и крикнул через плечо: — Степан! Дай-ка дубинку!
Кто-то суетливо выскочил, подал Рогожиусу дубинку и тут же исчез в недрах вегикла. Андрей одобрительно хмыкнул и широким свободным шагом направился прямиком на толпу куаферов.
— Здорово, парни! Что это вы тут делаете, а?
Никто ему не ответил — нетрудно было догадаться, что не он правит бал. Он был просто полицейским — как у них называлось, общим чином, — ни за что не отвечал и, судя по физиономии, ни с кем не хотел ссориться. «Недолго ему в космополе служить, — подумал Федер. — Нарочитая беззаботность, да еще там, где так редко случаются серьезные стычки, — очень тяжелая маска. В нужный момент ее никакими силами не отодрать».
Как только он это подумал, Андрей резко, но тоже как бы случайно повернулся к Федеру, нацелил на него свой белесый, в высшей степени добродушный взгляд, всмотрелся в Федера, узнал, еще шире улыбнулся и, ни к кому не обращаясь, сказал:
— Командир, здесь Федер. И еще три-четыре знакомые личности. — И дружески Федеру подмигнул.