– Денек, кажется, ничего! – прокомментировала Шила, выбираясь из кровати и потягиваясь как кошка.

Ее проступающие под ночной рубашкой груди были размером с маленькие лампочки, и Лиза почувствовала вспышку зависти. Способности Шилы теперь могли начать угасать в любой момент, к концу года они, скорее всего, окончательно исчезнут, но это ничуть не убавляло ее всегдашнего жизнелюбия. Взрослеем без трагедий... Помрачнев пуще прежнего, Лиза повернулась спиной к соседке и начала одеваться.

Когда подруги вышли из комнаты, коридор был уже полон пересмеивающимися десяти– и одиннадцатилетними девочками. Некоторые, еще в ночных рубашках, выходили из ванной, но большинство направлялось в другую сторону – к лестнице, ведущей в столовую. Посередине холла раздался взрыв хохота, и чья-то голова вдруг приподнялась над морем девчоночьих макушек. Вслед за ней тут же появилась еще одна, и началась воздушная игра в салки.

– А ну-ка, на пол! – прикрикнула Лиза куда более строго, чем шалуньи того заслуживали. – Вы же знаете правила!

Два виноватых лица оглянулись на нее и тут же скрылись из виду – девочки поспешили приземлиться.

Лиза тронулась было в ту сторону, намереваясь поймать их, но не успела сделать и пары шагов, когда Шила схватила ее за руку.

– Успокойся, – сказала она тихо.

– «Никому не разрешается летать в холле, если там находится больше трех человек», – упрямо процитировала Лиза, хотя ее злость уже улетучивалась.

– Это ты говоришь мне – рекордсменке «Утренней зари» по соблюдению правил?

Лиза вздохнула и сдалась.

– Ладно, пусть Рене и Эйджи делают что хотят.

– Какая муха тебя укусила с утра пораньше?

– Да все нормально, просто я не с той ноги встала, – ответила Лиза, не желая говорить о своих чувствах даже с Шилой. – Пойдем вниз.