Песнь наконец стихла. В лагере воцарилась тишина. Рит задремал, а потом уснул.
Утром Рит получше рассмотрел лагерь туземцев. Тот был расположен в болотистой низине между двумя широкими и низкими холмами, среди множества таких же холмов, вытянувшихся на восток. Здесь, по причинам не совсем понятным Риту, кочевники устроили себе временное прибежище. Каждое утро четыре молодых воина в длинных коричневых плащах, оседлав маленькие электрические мотоциклы, уезжали в степь. Каждый вечер они возвращались, обстоятельно докладывая обо всем Тразу Самцу — так звали юношу-вождя. Каждое утро вытравливая канат, дикари запускали огромный воздушный змей, который поднимал наверх мальчика лет восьми или девяти. Он нес дозор. Позже, ближе к полудню, ветер стихал и змей падал, более или менее планируя. Мальчик отделывался не более чем синяками, хотя людей, запускавших змей, казалось, гораздо больше заботило состояние воздушного змея — четырехкрылого хитроумного приспособления из четырех мембран, натянутых на деревянную раму.
Каждое утро из-за холмов на востоке доносился ужасный визг, звучавший почти полчаса. Как вскоре узнал Рит, шум поднимало стадо многоногих животных, мясом которых кормилось племя. Мясник племени — женщина ростом в шесть футов и с соответствующей мускулатурой — бродила среди животных с ножом и мясным топориком, вырезая в день три или четыре ноги — дневной рацион племени. Реже она срезала мясо со спины зверя или через рану, растянув кости, вытягивала внутренние органы. Звери слегка протестовали против ампутации ног, которые вскоре отрастали заново, но необыкновенно возмущались, если мясник принималась за их тела.
Пока кости Рита заживали, единственными, с кем он общался, были женщины — вялые существа — и Траз Самец, который каждый день большую часть утра проводил с Ритом, разговаривая, изучая одежду астронавта и обучая его кратскому языку. Язык этот был синтаксически монотонным, но говорить на нем оказалось трудно из-за двух десятков времен, склонений и видовых сказуемых. Еще долго после того, как Рит научился выражать свои мысли, Траз Самец в строгой манере, несколько необычной для своих лет, поправлял Рита, указывая ему на ошибки.