Видимость - ноль. Лар явственно ощущает стремительные порывы ветра. Вибрируют педали и рули ручного управления. Тьма... В ушах позывные "Ц-3" и далекая перекличка полярных станций. Проплыли на экране зеленоватые контуры занесенного снегом Шпицбергена.

В иллюминаторах по-прежнему ни зги. Ураган усиливается. Трудно удерживать рули управления. На экране - бесконечные поля торосов. И вдруг - легкое сотрясение корабля, всплеск неяркого света в иллюминаторах. Тучи разом исчезают, словно обрезанные гигантским ножом. Впереди - освещенная луной ледяная равнина и далекие огни Северной Норвегии...

Лар оглянулся. Тучи, сквозь которые он только что пролетел, громоздились исполинской стеной. Освещенные луной, они казались неподвижными, но он-то хорошо знал, что творилось там внутри...

Туманная оболочка венерианской атмосферы даже издали не кажется неподвижной. Что ждет того, кто первым погрузится в нее?

Но что бы ни ждало, он полетит. Кто-то должен быть первым. А путь открытий всегда нелегок и порой опасен. Впрочем, Лар уверен в атмосферных ракетах "Землянина", уверен и в самом себе. Не боязнь, а лишь нетерпеливое ожидание встречи с неведомым томит его и мешает спать в часы, отведенные для отдыха. И еще - гнетущая тревога...

Она появилась два дня назад, после разговора с Коро...

Венгр продолжает изучать спектральный состав облачного слоя планеты. Этот состав во многом загадочен; кроме известных газов, Коро удалось уловить в атмосфере Венеры присутствие каких-то странных веществ, которые он назвал "обломками молекул".

Коро считает, что это "обрывки" углеводородных цепочек, неустойчивые в нормальных условиях. Как они могли очутиться в верхних слоях венерианской атмосферы?

- Мне вначале пришло в голову, - говорил Коро, показывая Лару спектрограммы, - что эти странные углеводороды возникают в верхних слоях атмосферы под воздействием ультрафиолетового излучения солнца.