Но тут из глубины его существа исторгся стон. Клюв вопреки воле рассудка открылся во всю ширь, обнажив самые интимные места организма. Желание отдавать стало неодолимым. Язык, словно принадлежа не Дрину, а кому-то другому, азартно принялся лизать вдовам хвосты.

Дрин так и не увидел, как из горла самок вышли яйца, зато ощутил легкие толчки внизу живота, а затем опустошенность и слабую судорогу в основании хвоста. Понемногу рассудок прояснялся. Разумеется, впоследствии память все восстановит с убийственной четкостью терапиксельной голограммы. Проснулась память, когда он увидел два белых яйца, покрытых липкой желтой смазкой. А когда он поднял голову и обнаружил стоящую в к-единице малютку Мэри Пирс, клюв распахнулся снова, на этот раз от ужаса.

Но он стряхнул с себя отвращение и стыд и постарался сосредоточиться на том, что предстояло сделать. Дома, в больнице, яйца будут очищены струей моющего средства, обрызганы необходимыми питательными веществами, покрыты дезинфицирующей пленкой и помещены в инкубатор. А здесь послужить заменой инкубатору может разве что ду'утианская сумка на животе. У Дрина она была набита всякой всячиной, но ..ведь и у женщин имелись сумки.

Тут он сообразил: раз у женщин нет языков, как они положат в сумки яйца? Он со стоном зажмурился и погрузил клюв в песок: нет, такая работа не для него.

- Не волнуйся, - услышал он голос Мэри. - Я не помню, что говорится в справочнике о ду'утианском деторождении, но если способна чем-нибудь помочь, ты только скажи.

Он поднял голову:

- Ничего там не говорится. Слишком уж интимная процедура. Короче говоря, надо Очистить яйца и положить их в сумки к женщинам, им самим это не под силу - бывший муж сделал их инвалидами. А я… боюсь, мне это тоже не под силу.

- Успокойся, приятель. Кажется, они ничего против меня не имеют. Я, наверное, вся тобой пропахла. Можно яйца в море помыть?