Скоро стол перед Хилом был завален фотографиями и альбомами. В углу комнаты сменяли друг друга голографические изображения земных пейзажей. Силовое поле, на которое он все время натыкался, мешало Сергею, и он отключил его. Ведь в конце концов, сила убеждения крепче цепей и верёвок. Вряд ли Хил воспринял хотя бы половину из обрушившегося на него потока информации, однако все же спросил:

— Где все это находится?

— Я тебе говорил. На Земле. На моей родной планете. Но так могло быть и у вас.

— Зачем говорить о том, что могло быть, да не было. Отпусти меня. И отдай оружие.

— Отпущу. Но ещё я хотел бы узнать…

Сергей машинально шагнул вперёд и оказался на расстоянии вытянутой руки от Хила. В следующее мгновение короткие цепкие пальцы впились в горло землянина. Оба упали и покатились по слегка наклонному полу столовой. Хил был неуклюж и сравнительно слаб, но он точно знал, чего хочет, и умел добиваться своих целей. Урча, как голодный длиннохвост, он все сильнее сжимал шею врага, а Сергей только вяло и неумело отпихивался. В его глазах уже потемнело, а он все ещё не мог до конца осознать, что же такое случилось. Сергей порывался что-то сказать, но из его глотки вырывался только булькающий хрип.

«Да он же меня сейчас убьёт, — дошло, наконец, до Сергея. — Погибнуть здесь от рук этого маньяка? Ну нет!» Он рванулся изо всей силы и ударил Хила кулаком в лицо. Хватка сразу ослабла, и Сергей, шатаясь, поднялся на ноги. Хил висел на нем, как бульдог. Новый удар отбросил его к стене. Под руку Сергею подвернулось что-то тяжёлое, кажется, топорик с пожарного щита, и он, замахиваясь, шагнул к распростёртому на полу телу. Хил жалобно застонал и обречённо закрыл глаза. Из носа его тонкой струйкой текла кровь. Вид этой крови и остановил Сергея в самый последний момент.