- Но ведь ты и так благороден, отец! - воскликнул Галахад. - Повсюду твердят, что ты - величайший из рыцарей короля Артура.

Ланселет смущенно рассмеялся.

- Ну да - как тот герой саксов, что оторвал руку чудищу, выходившему из озера. Мои слова и деяния превратили в песни, потому что истинная история недостаточно интересна, чтоб рассказывать ее зимой у очага.

- Но ведь ты же вправду убил дракона - разве нет? - спросил Галахад.

- О, да! И это, пожалуй, была достаточно жуткая зверюга. Но твой дед бился тогда рядом со мной и сделал не меньше меня, - отозвался Ланселет. Гвенвифар, госпожа моя, нигде нас не угощают так хорошо, как у тебя за столом...

- Даже слишком хорошо, - заметил Артур, похлопав себя по животу. Если бы подобные празднества случались почаще, я бы растолстел, словно какой-нибудь король саксов, поглощающий пиво без меры. А завтра Пятидесятница и очередной пир, на котором будет еще больше гостей - просто не представляю, как моя леди справляется со всем этим!

Гвенвифар невольно почувствовала себя польщенной.

- Я и вправду могу гордится сегодняшним пиром; а вот завтрашний - это уже заслуга сэра Кэя; быков для него начали жарить уже сейчас. Мой лорд Уриенс, вы совсем не едите мяса...

Уриенс покачал головой.

- Ну, разве что птичье крылышко. С тех пор, как погиб мой сын, я поклялся не есть больше мяса свиньи.

- А твоя королева присоединилась к этой клятве? - спросил Артур. Моргейна, как всегда, ест, словно во время поста. Неудивительно, сестра, что ты такая, маленькая и худая!

- Для меня это не лишение - не есть мяса свиньи.

- Но голос твой остался все таким же прекрасным, сестра? Раз уж Кевин не присоединился к нам, может быть, тогда ты нам сыграешь или споешь...

- Если б ты сказал о своем желании заблаговременно, я не стала бы так наедаться. Сейчас я просто не смогу петь. Может, спою попозже.

- Тогда спой ты, Ланселет, - сказал Артур.