Напротив нас, на противоположном берегу, темнел лес, загадочный, замерший на ночь. -Егорий, ты собери сушняк и занимайся костром. А мы с Валерой палатку поставим. -С бредешком пройдемся? Ушицы бы сварили, однако. -Сварим-сварим, ты костер готовь. За этим трепом я не переставал думать о Филе, девушке его - Вике. По приезде мы перекинулись парой слов с Нюрой о дезертирстве Филиппа. Для нас было очевидно, что Филя оставил свою часть не случайно, а связан его побег с Викой. Как же мне помочь этим ребятам, ума не приложу. Межде прочим, я как-то видел мать Фили - Зинаиду. Знаете, это была стройная, темноволосая женщина, ходила медленно, плавной какой-то походкой, как лебедушка плыла. А лицо у нее, как у многих женщин с хроническими болезнями - "лик мадонны" это, вот что: матовость кожи, удлиненный овал лица, глаза крупные, усталые, с поволокой, но смотрят проникновенно, всепонимающе. Мне понятен такой взгляд, взгляд человека, знающего о скором уже и печальном исходе своей жизни, взгляд человека, живущего на свете исключительно для исполнения долга, в данном случае - материнского. Говорят: в чем и душа у человека держится? - материнским долгом и держалась. Мы прошлись с Валерием бреднем у берега, один раз и зашли, а поймали рыбы столько, что на уху - с избытком: здесь и пескари, с десяток окуней, язи крупненькие да несколько линей. С ведро поймали! - ну, и рыбалка! Егорий бегал по берегу в ожидании улова, как мальчишка, покрикивал, рыбу нам распугивая. Кабы он не был нам приятелем, так отлупили бы мы его, как пить дать - отлупили бы. Нам светила луна, лунная дорожка на речной глади - почти не колеблется, так незаметно течение. Уха почти готова была, распространяя вокруг чудные ароматы, а Егорий, выпив водки, рассказал нам очередную байку из своей богатой событиями жизни: -Эту историю мне рассказал мой коллега. Он закончил медицинский институт в Казахстане, работает сейчас в нашем городе. Как-то по служебной надобности он посетил город, где когда-то учился, и встретил неожиданно старую свою знакомую: Санитарку морга областного бюро судебно-медицинской экспертизы все звали просто тетя Паня: и преподаватели, и эксперты, студенты и интерны местного медицинского института.