Так… празднество состоится в это воскресенье. Я взглянула на часы — пятнадцать минут восьмого. Можно еще позвонить Мариссе и успеть в «Видимые сокровища» до восьми.

Несмотря на позднее время, она оказалась в своем офисе. Услышав мой голос, попыталась изобразить радость, но получилось у нее не слишком естественно; Марисса, надо сказать, относится ко мне хорошо, лишь когда надеется что-нибудь от меня получить.

— Ну что, Вик, готова к воскресенью?

— Спрашиваешь! — ответила я с энтузиазмом. — Что надевать, джинсы или вечерний туалет?

Она заметно оттаяла.

— О, это не имеет значения. Будет что-то вроде пикника. Я буду скорее всего в платье, а ты можешь и в джинсах.

— Как насчет Рости? Ты, кажется, говорила, что он придет.

— Нет, его не будет. Зато будет Синди Мэтиссен, глава его чикагского отделения.

— Вот и прекрасно, с ней и поговорю о Президентских башнях.

— Что ты имеешь в виду? — В голосе Мариссы опять зазвучала настороженность.

— Я имею в виду гостиницы СРО, — ответила я очень серьезно. — Ты же знаешь, что их снесли, все до единой. Чтобы освободить территорию для Президентских башен. Уничтожили восемь тысяч комнат. И теперь я не могу найти жилье для своей тетушки. — Я коротко объяснила ей, в чем проблема, и продолжала: — Так что, сама понимаешь, быть горячей поклонницей местных демократов, Бутса или Рости, я просто не могу, пока не раздобуду ей жилье. Но если я поговорю с… как ты сказала ее зовут… Синди? Возможно, она мне поможет.

Шарики в голове Мариссы завертелись с бешеной быстротой — я ощущала это на своем конце провода. Казалось, даже трубка вибрирует.

— Какую плату может осилить твоя тетушка? — спросила она наконец.