— Она что, не собиралась уезжать?

Я нетерпеливо пожала плечами:

— Понятия не имею. Знаю только, что идти ей некуда.

Старик сочувственно прищелкнул языком. И приступил к подробнейшим расспросам. Я чувствовала, что терпение мое вот-вот иссякнет. И в этот момент из своих дверей появился второй сосед, банкир, в джинсах от Ральфа Лорена и рубашке для игры в поло.

— Знай я, что вы будете каждый вечер орать на лестнице, ни за что не купил бы здесь квартиру. — Его лицо искажала злобная гримаса.

— А я, если бы знала, какая вы плаксивая жопа, ни за что не позволила бы вам здесь поселиться.

Пеппи глухо зарычала.

— Иди к себе наверх, детка, — поспешно проговорил мистер Контрерас. — Если вспомню что-нибудь еще, обязательно позвоню. — С этими словами он втащил упирающуюся собаку в квартиру и закрыл дверь.

Я слышала, как визжала и царапалась Пеппи, стремясь поучаствовать в схватке.

— И все-таки, чем вы там у себя занимаетесь? — не отставал банкир.

— Не ломай голову, мой сладкий. Для того, чем я занимаюсь, специального разрешения не требуется.

— Короче, если не прекратите шуметь на лестнице, я вызову полицию. — Он с грохотом захлопнул дверь перед моим носом.

Ну вот, подумала я, теперь ему будет о чем посудачить с подружкой… или с мамочкой, или еще с кем-нибудь вечером по телефону.

Вернувшись в квартиру, я стала готовить гарнир к котлетке — грибы с луком в красном вине. После разговора с мистером Контрерасом мне стало полегче. Автобус в направлении восточной части… Похоже, у нее было на уме что-то определенное. Утром, чтобы успокоить свою совесть, поговорю с кем-нибудь из полиции. Может, они согласятся отыскать водителя и узнать у него, не заметил ли он, куда она направилась, выйдя из автобуса.