Вопрос был задан неспроста. До нашей миссии максимальный срок криозаморозки составлял пять лет - именно столько спали астронавты во время полета к Сатурну; «Дух первооткрывателей» считался первым земным межзвездным кораблем.

- Отлично, - сказал я. - А тебе?

- Тоже отлично, - ответила Линг. Но затем она остановилась и коснулась моей руки. - Тебе… тебе снились сны?

Активность мозга почти полностью прекращается в период криозаморозки, но несколько членов экипажа «Кронуса», кот рабля, летавшего к Сатурну, утверждали, что видели короткие сны, в общей сложности две-три минуты за все путешествие, длившееся пять лет. За время, проведенное нами в космосе, мы могли видеть сновидения в течение многих часов.

Я покачал головой:

- Нет. А тебе? Линг кивнула:

- Да. Мне снился Гибралтарский пролив. Бывал там когда-нибудь?

- Нет.

- Он расположен на южной границе Испании. Через этот пролив из Европы можно увидеть Северную Африку. На испанской стороне остались следы неандертальских поселений. - Линг имела докторскую степень по антрополо» гии. - Но эти древние люди никогда не были на другом берегу. Они видели, что там земля - новый континент! - всего лишь в тринадцати километрах. Такое расстояние можно преодолеть вплавь, обладая определенным мастерством и выносливостью, либо на плоту или лодке. Но неандертальцы никогда не добирались до противоположного бе^ рега и, насколько мы знаем, никогда даже не пытались.

- И что тебе снилось?

- Мне снилось, что я еще подросток и живу в неандертальской общине. Я пыталась убедить других, что мы должны переправиться через пролив, чтобы увидеть новую землю. Но не могла - их это не интересовало. Там, где мы жили, хватало еды и укрытий. В конце концов я решила в одиночку переплыть на ту сторону. Вода была холодной, а волны - высокими, и мне с трудом удавалось набирать воздух в легкие, но я плыла и плыла, а затем…

- Что?

Линг пожала плечами: