— Кажется, пойло стало получше, — прервал он молчание.

Брови Шин слегка приподнялись.

— К сожалению, ничего лучшего у нас нет Твой вкус, конечно, слишком утончен для этого.

Паллис вздохнул.

— Черт возьми. Шин, давай не будем ссориться. Да, на Плоту есть машина для напитков. И то, что из нее выходит, гораздо лучше на вкус, чем эта регенерированная моча. Все это знают. Но ваше пойло действительно стало чуть лучше, чем раньше. Не будем об этом. Давай лучше перейдем к делу.

Шин безразлично пожала плечами и отхлебнула жидкости. Пилот смотрел на ореол звездного света, сияющий в ее волосах. Его вновь потянуло к ней. Нет, пора ему кончать с этим. Прошло уже, наверное, тысяч пять смен с тех пор, как они спали вместе, тесно прижавшись друг к другу…

Это произошло лишь однажды, просто их потянуло соединиться. К Костям все это, нужно заниматься делом! Собственно говоря, Паллис подозревал, что рудокопы специально направляют Шин на переговоры с ним, поскольку знают, как она действует на него. Ставки растут. И играть все труднее…

Паллис постарался сосредоточиться на словах Шин.

— …Поэтому производство упало. Мы не можем дать полный груз. Горд сказал, что плавильня заработает не раньше чем через пятьдесят смен. Вот такие дела.

Шин замолчала и вызывающе взглянула на пилота. Паллис оторвал взгляд от ее лица и посмотрел на Пояс. Разрушенная плавильня, как рана, зияла посреди цепочки хижин. На мгновение он представил себе, что творилось там во время аварии — лопающиеся стены, выливающийся из ковшей раскаленный металл…

Паллис содрогнулся.

— Мне очень жаль. Шин, — медленно сказал он. — Действительно жаль. Но…

— Но ты не собираешься оставить в уплату все, что привез, — сказала она угрюмо.

— Не я устанавливаю правила. Мое дерево полностью загружено припасами, и я готов отдать вам все, за что смогу получить железом по установленным ценам.